Жрец Белой Пирамиды

Эта пирамида стояла на одном из ныне затонувших островов — там, где сейчас разлились воды Карибского моря.

В ней было только три грани. По форме это был правильный тетраэдр из единого куска белого кварца, ослепительно сияющего под лучами Солнца.
В определенные дни сюда стекалась масса народа, чтобы почувствовать дыхание святыни.

Напротив пирамиды, на высоком холме, стоял жрец, одетый в оранжевую тогу. Улыбка озаряла его лицо, а из раскинутых в стороны рук лилось золотое сияние.

Помощники и служители пирамиды находились сзади и несколько поодаль от жреца, стараясь не стать жертвой исходившей от него радиации.

Гордые цари в ярко красных и синих, вышитых золотом, одеждах занимали правую сторону от жреца – здесь они получали мудрое откровение, достойное правителей.

Благородные патриции стояли по левую сторону, их тоги были более темных, преимущественно земляных тонов. Среди них попадались недовольные Белой Пирамидой … еще бы, ведь она проявляла все, что многие так усердно старались скрыть: надменность, жадность, похоть, страх…

Жены патрициев находились отдельно: из одежды на них были только длинные полупрозрачные юбки и украшение, слегка прикрывающее грудь. Жене патриция нечего скрывать! – таков был местный обычай.

Подходили молодожены, полностью нагие — и жрец направлял золотой поток в область их гениталий, обеспечивая здоровое и жизнерадостное потомство.

Внизу толпился рабочий люд… Его представители были приземистые, коренастые, сильные, уважали физический труд — и им была дана возможность проявить себя на этом поприще.

Золотой поток, идущий от жреца, вначале заметный только по особому аромату настоящей свежести, по мере удаления сгущался, становился вязким – и каждый мог получить его частицу сообразно своему материальному восприятию. В конечном итоге это излучение оставалось на земле золотыми каплями, которые бережно собирали мастера, чтобы сделать из них амулеты и украшения.

Потом, спустя тысячелетия, испанцы найдут часть этих украшений и переплавят в слитки золота, чтобы на их основе возродить величие империи – а в результате полностью подкосят собственное хозяйство. В итоге в Европе разгорится пламя Реформации, над которым, в едва заметной дымке, кто-то возможно заметит улыбку Жреца Белой Пирамиды (приняв ее, разумеется, за кого-то из новомодных религиозных святых).

А в те далекие, ставшие мифическими, времена он прожил более трехсот лет – и до последнего дыхания сохранял свежесть золотого потока. Это было время спокойствия и благоденствия союза царств, который мы сейчас называем цивилизацией Атлантиды.

Белая Пирамида была не самой крупной из всех, построенных атлантами. Но она была единственной трехгранной, ослепительно белой – и единственная пробуждала внутри каждого то, что сейчас мы называем совестью. Именно это позволяло жрецу добиваться чистоты золотого потока, выжигая все, что стояло на пути разума.

Она до сих пор находится в глубине морского дна, укрытая плотными наслоениями ила и по-прежнему сохраняет свою неповторимую тональность… Возможно люди когда-нибудь найдут ее – а может и нет… Да и какая разница… Для них это ничего не изменит.

Достаточно знать, что Белая Пирамида существует – и улыбка ее жреца озарит вас, чтобы навеки осветить ваш дальнейший путь.

Жрец Белой Пирамиды: 2 комментария

  1. Достаточно знать, что Белая Пирамида существует – и улыбка ее жреца озарит вас, чтобы навеки осветить ваш дальнейший путь 🙂

  2. Я по реке спускаюсь к городам,
    Моих былых видений и иллюзий,
    Где волны яро рвут оковы шлюзов
    И морю дарят откровений хлам.

    Там, на бульварах — устланных травой,
    Под слоем дерна прячется асфальт.
    На площадях — в развалинах дворцов,
    Теперь ютятся только боль и страх.

    Я по реке спускаюсь к городам,
    Моих творений, созданных в бреду,
    Моих колодцев, вырытых в песках,
    Теперь, увы, ненужных никому.

    Теперь я тать, я варвар, я тиран –
    Несу огонь и ветров буйных шквал,
    Туда, где мир когда-то мною жил,
    Где я лелеял, возводил и орошал.

    Я по реке спускаюсь к городам,
    Где годы пролетают словно миг,
    Где познаётся бытие утрат,
    Где ждет меня и пепел, и родник.

    Я снова мастер, зодчий, я творец,
    Я жажду пота и ночей без сна,
    Чтоб снова мир бездонный населять,
    И рыть колодцы в солнечных песках.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *